Появились вопросы?

Мы с радостью свяжемся с Вами и ответим на них!
Мы не занимаемся рассылкой рекламных сообщений, а так же не передаем контактные данные третьим лицам.

Выбери свой чай

В поисках Люань Гуапянь

В поисках Люань Гуапянь

Люань Гуапянь – название, которое стоит повторить не раз, прежде чем запомнить. Попробуйте, произнесите вслух – звучит? Еще как звучит! Обалденное название. Люань Гуапянь – это чай. И у этого чая один из самых мягких вкусов, нежный аромат и удивительная насыщенность.


Люань Гуапянь – чай зеленый, а значит, думал я, велик шанс, что растет он где-то неподалеку. Место в Китае, где я живу – эпицентр «зеленой» жизни страны. Лунцзин, Билочунь, Аньцзи Байча, Тайпин Хоукуй, Маофэн – все эти зеленые чаи произрастают и производятся здесь. И все они стали гораздо ближе мне по духу, после того как этой весной я отправился за личным знакомством с каждым из них. Теперь у нас самые добрососедские отношения, какие только можно представить. Не должен был остаться в стороне и Люань Гуапянь.


В Люань Гуапянь мне был знаком лишь вкус, все остальное было загадкой. За помощью нужно было обращаться к интернету. И я буду прав, если скажу, что информации об этом чае там немного. Это касается китайского интернета, это касается англоязычного сектора, это же касается нашего Рунета. Я промониторил сайт за сайтом, а нашел лишь краткую историю, полезные свойства, вкусовые описания, и рассказы о редкости сорта. Этого было крайне мало! Правда, было кое-что еще, что меня заинтересовало - краткий рассказ о технологии производства.


Оказывается, технология производства Люань Гуапянь отличается от всего, что я видел... «Да как это понимать! А где она не отличается от всего того, что я видел?» – кажется, такой вопрос я задал сам себе. И правда, в каждом из мест, где я был этой весной, в местах, где производят зеленые чаи – своя уникальная технология. Обязательны схожие моменты, но различия в производстве зачастую слишком значительны. А как иначе! Это же китайские чаи.


Но технология Люань Гуапянь действительно была, что называется, из ряда вон! С огоньком! Утверждалось, что его обжарка проходит в огромных плетеных корзинах с юбкой над практически открытым огнем и со сложными манипуляциями. Мне захотелось взглянуть. Я должен был это увидеть! Тем более, что с Люань Гуапянь мы тоже соседи – хоть и очень дальние.


Спустя пару дней я заказывал билет на поезд, собирал рюкзак, чтобы отправиться в дорогу. Было лишь одно но. Распечатывать маршрут на бумаге мне не пришлось. Указаний, о том, куда нужно ехать, я не нашел. Чай хоть и называется Люань Гуапянь (что переводится как семечки тыквы/дыни из Люань), но в Люань чай не растет и в помине. Мне нужно было отправляться в местечко рядом с Люань. Там и заканчивались все указания самого сведущего в этом деле китайского интернета.


Обычно место, на котором заканчиваются указания, представляет собой городок, в который, как в воронку, стекается чай с окрестных гор. Тут было иначе. Вокруг вокзала были горы и ничего больше. Видимо, город был в стороне.




На вокзале мне встретилась группа китайских туристов, в основном молодежь. Оказалось, где-то здесь есть туристические места. «Ю Шуй Ю Шань, – как говорят в Китае, – и вода и горы». Но мне нужен был чай. Я хотел обратиться за помощью, но к кому? Вокруг кроме этой группы туристов, казалось, не было никого.


Вдали я увидел остановку. От вокзала ходил рейсовый автобус. Всего один. Я спросил водителя о том, что за чай в этих местах. Оказалось, Люань Гуапянь. Уже хорошо! Значит, приехал я правильно. Я задал вопрос, куда мне ехать, чтобы увидеть производство их знаменитого сорта, еще лучше - подняться на плантации, увидеть, как чай растет... «Купить чай? – переспросил водитель. – Это в городе. Поехали». «В город мне не надо. Нужно производство. Мне надо увидеть, как этот чай производят», - возразил я. «Чего он хочет?» – спросил у водителя кто-то из пассажиров. «Хочет купить чай», – ответил водитель. Объяснять было бесполезно. То, что кого-то может интересовать нечто большее, чем цифры стоимости, не было понятно ни водителю ни пассажирам.


Я решил доехать до города, а там как повезет. Водитель был прав. Мы доехали до места, где можно купить чай. Маленький провинциальный городок на самой границе с соседней уже совсем не близкой от меня провинцией. Городок запомнился мне тем, что в нем было много чая. Чайные, чайные магазины, казалось, стоят тут на каждом шагу. Было раннее утро, а уже вечером в ночь мне нужно было возвращаться назад. Ходить по магазинам, чтобы что-то узнать, не было времени. Нужно было такси. Таксисты знают все – так думал я. Такси я поймал без труда - маленькая машинка без лицензии. Водитель - очень разговорчивый и бойкий местный житель. Сказал, что все здесь знает. Очень скоро мы приехали. Но не туда, куда нужно, а в другое место, где также продают чай. – Куда это ты меня привез, дорогой водитель? «Покупать чай», – с неподдельной уверенностью ответил тот. «Тогда поехали снова. В деревню. На производство. Туда, где чай делают», – также спокойно сказал я.


Главное заранее обговорить цену. В худшем случае стану беднее на три десятка юаней, потеряю время и окажусь на том же самом месте – думал я.


И мы поехали. И приехали на место, где продают чай. «Да что с вами такое?!» – искренне удивился я. Кажется, мы с водителем понимали друг друга во всем, кроме самого главного. «Шифу, последний раз – мы едем или мы не едем в деревню?». Водитель, видимо, понял, что в магазин мне пока что не надо. «Есть тут один фермер, - сказал водитель, - чай у него хороший, но ехать до него далеко...» - Как далеко? – Не близко, километров пятнадцать, это еще двадцать юаней! Ох, и хитрец - думаю я. - Поедем. Но чтобы в этот раз на производство. «Само собой, – говорит водитель, - что я, русских слов не понимаю?» (шучу-шучу, но примерно так все и было).


Вскоре мы выехали из городка и свернули на узкий горный серпантин. Хороший признак. Ехать оказалось не близко. Но и не очень далеко. Вскоре показался дом у дороги. Дом фермера представлял собой широкую одноэтажную постройку. К воротам от дороги вела насыпь. «Тебе сюда, - сказал водитель. - Автобусы тут не ходят, поэтому, как будешь возвращаться, позвони мне, я приеду. Вот мой номер». «Обязательно, - ответил я, – спасибо, шифу».




Ворота были открыты, и первое, что я увидел, это оборудование для чайного производства во дворе. Оно стояло на открытом воздухе под навесом и смотрелось весьма солидно. Как и сам бревенчатый дом. Тут же меня встретил хозяин дома. На вид весьма пожилой человек. И первое, о чем он спросил, это приехал ли я купить чай. Я, конечно же, собирался купить у него чай. Это был первоисточник. А первоисточники мне по душе. Пробники чая я бы увез обязательно. Поэтому ответил утвердительно. Но все же предупредил, что приехал я главным образом, чтобы больше узнать.




«А что тут узнавать», – поинтересовался фермер.

- Ну как же, все это ваше оборудование – это для производства Люань Гуапянь?

- А как же.

- Я почему-то думал, его по-другому производят. Хотя у вас тут тоже крайне необычно. Барабаны... Печи... Сушильные шкафы, роллеры... Улуны можно делать... Это все для зеленого чая?

«У нас чай только так и производят», – сказал хозяин.


Ли Чэн Хэн, а это было его имя, показался мне сначала немного неприветливым. Но это было лишь первое впечатление. Когда я уезжал, я уже точно знал, что человек этот добродушный, очень энергичный, и по-своему интересный.


Я спросил, будут ли сегодня делать чай. «Нет, - сказал хозяин, - ночью и утром шел дождь, и если дождя не будет, то завтра вечером они начнут производство». А дождь вот-вот собирался пойти. Приходилось признать, что в этом году производства Люань Гуапянь вживую я не увижу. Ох уж эта погода, с ней не угадаешь!


Мы прошли в дом, где Ли Чэн Хэн первым делом предложил мне чаю. Это был Люань Гуапянь. И этот Люань Гуапянь впечатлял просто и без лишних слов. Я был знаком со вкусом этого чая до, но здесь это был другой уровень. Следом последовала вторая кружка.




Люань Гуапянь? Как бы не так. Такой чай я видел впервые. Я спросил, что это, оказалось, это Люань Гуапянь. Видя мое замешательство, Ли Чэн Хэн протянул мне две тарелки с чаем. В одной были темно-зеленые скрученные и свернутые в «трубочки» чаинки Люань Гуапянь – этот чай ни с чем не перепутаешь. В другой - светло-зеленые, почти салатовые, свернутые в абсолютно прямые трубочки, чаинки другого чая. «Это все Люань Гуапянь, - заметил Ли Чэн Хэн. - Но разная технология обработки». «И разный вкус», – отметил я. «Точно», – согласился хозяин. Вкус был действительно разный.




Люань Гуапянь на второй тарелке был очень известным, как сказал Ли. Но не удивляйтесь, если его не знают в России. Его не знают даже в самом Китае. И хотя я не уловил в нем какой-то изюминки, которая есть в «классическом» скрученном Люань Гуапянь, но интерес к этому чаю я почувствовал еще больший, чем прежде. Мне никогда не предлагали скрученный Лунцзин или прямой Билочунь, потому что их просто нет, а Люань Гуапянь оказывается есть. И такой и такой.


«У вас тут много чаев», – сказал я. В комнате было много пакетов, на которых были написаны разные чайные названия. Я узнал, что кроме Люань Гуапянь тут производятся еще несколько сортов. Тут же передо мной возникла охапка свежих листьев. «Это для Люань Гуапянь, - сказал Ли Чэн Хэн. - А вот эти поменьше – чайные почки для чая Чжень Мэй. Эти верхние листья поменьше для другого сорта, или тоже для Люань Гуапянь. Но он уже будет дороже». «Чем меньше листья, тем дороже», – отметил Ли Чэн Хэн. Я заметил, что такая логика вообще ему свойственна, каждой своей мысли он старался дать логическое, а лучше наглядное завершение, что мне очень понравилось. «Вот эти листья, - сказал Ли Чэн Хэн, - вторые или третьи по счету, обычно и идут для Люань Гуапянь».




Затем он взял один лист, аккуратно оторвал от него черенок вместе со всей нижней частью листа (так чтобы у того получилось прямое основание) и просто скатал его в трубку. Я только что увидел первый этап производства Люань Гуапянь. А что дальше? - стало интересно мне. Мы вышли во двор под навес к оборудованию. Ли Чэн Хэн указал на стол с желобками для обжарки чая. Сначала лист попадает сюда. Для большей наглядности он включил станок. Я видел такие механизмы на производстве другого зеленого чая – Аньцзи Байча и мог представить, как это работает. Станок включается, чаинки перекидываются между стенками желобков, свиваются вдоль своей оси, обжариваются, их форма фиксируется прямой и вытянутой...




Далее последовал подробный рассказ о производстве чая. И хоть самого производства я в этом году не увидел, но не представить его себе в деталях было невозможно. Давайте включим воображение и мы. Вот как это происходит.


Помните, я говорил, что Люань Гуапянь тут двух видов. Один в виде прямых трубочек, другой в виде скрученных. Разница в том, что прямые трубочки сворачивают вручную, а скрученные - на специальном станке–роллере. Так для производства ручного Люань Гуапянь от каждого листа отрывается нижняя часть до получения прямого основания и каждый лист сворачивается вручную, таким образом, чтобы яркая лицевая сторона чайного листа оказалась внутри. После этого листья отправляются на обжарку на специальные желобчатые столы. Принцип их действия я описал чуть выше в предыдущем абзаце. После чего идут в сушильные шкафы на постепенную просушку до полного приготовления. Останавливаться подробно на этом чае я не стану, а сразу перейду к производству «классического» скрученного Люань Гуапянь, потому что он вкуснее.


Собирают Люань Гуапянь в марте и в апреле. Для изготовления чая срывают почку с двумя-тремя верхними листиками. После этого сырье сортируют, отделяя от стеблей почки и листья. В дальнейшую переработку поступают только сочные, зрелые и красивые листочки без дефектов. Почки идут на изготовления сорта Инь Чжень Мэй. Для сорта Люань Гуапянь отбирают вторые, третьи листики. После этого, не медля и не давая листьям вылеживаться, – не подвяливая их, их отправляют на обжарку в печь. Предварительная обжарка нужна для остановки процессов ферментации. Лист прожаривают на сильном огне в течение нескольких минут. Делается это в таких классических печах.




Печи работают на дровах, а чайный лист постоянно перемешивается в специальном барабане внутри печи, что не позволяет ему пригореть. В этой печи лист проводит до 10 минут.


После этого партия обжаренных листьев загружается на прокатку в специальный станок-роллер. Такой же, что стоит на производстве Дахунпао и других Уишаньских Улунов. В роллере чаинки мнут и скручивают, многократно проминая вдоль и поперек во всех направлениях. Лист надламывается во множестве мест, из него выделяется сок, но лист не рвется. В этом и состоит суть манипуляций с роллером. Этот процесс занимает около 5 минут. После роллера чаинки Люань Гуапянь принимают свою форму скрученных трубочек.


Далее лист рассыпается на круглые поддоны и выстаивается какое-то время на свежем воздухе. Необходимо, чтобы он немного отдохнул (для этого требуется два-три часа), прежде чем отправиться на окончательную просушку. И, наконец, фермер загружает лист в многоуровневый сушильный шкаф. В сушильном шкафу лист будет обрабатываться температурой и постоянным потоком воздуха в четыре этапа. С каждым этапом противень с чаем будет подниматься на уровень выше. Принцип таков – что, чем ниже, тем горячее. Первый этап длится около 20 минут, температура в камере поддерживается на уровне 100 градусов. После чай вынимается, остывает и загружается вновь на уровень выше при температуре 80 градусов. Далее – еще на 15 минут при 70 градусах и в завершение – на полчаса при температуре 60 градусов. Все это время содержание влаги в листьях постепенно снижается. Понижение температуры позволяет с максимальной точностью определить, когда процесс необходимо закончить. Это как точная регулировка. В противном случае чай можно пересушить. Никаких таймеров тут нет. Мастер сам решает, когда прекратить просушку.




Такая здесь технология. Смесь дровяных печей, электрических роллеров и сушильных шкафов. Никаких легенд, только современная и очень интересная действительность.


После того, как я уложил все это в уме, мне захотелось подняться на невысокую соседнюю плантацию, а Ли Чэн Хэн взялся меня сопровождать. Я уже говорил, что энергии ему было не занимать. Пока мы говорили, прошел дождь, и без того крутые тропинки стали еще и скользкими, без Ли я бы в эту сопку не поднялся. Там наверху на примере росшего чайного куста я увидел - какие листья идут на производство каждого из местных зеленых чаев. Оказалось также, что вблизи тут есть большое озеро – место, куда и ехали туристы. На его холмистых берегах растут чайные деревья. У семьи Ли Чэн Хэня там свои чайные посадки, так же они покупают свежее сырье у других фермеров. Их дома-мастерские находятся неподалеку. По мощности производства все они лишь небольшие семейные предприятия. При сравнительно небольшом выпуске, чтобы быть рентабельными, они должны работать с хорошим и недешевым сырьем.




Подходило время возвращаться, поэтому пора было переходить к деловой части. Я сказал Ли, что должен увезти с собой пробники чая. Скрученный Люань Гуапянь был у меня в приоритете. Но Ли с полной серьезностью сказал, что так дела не делаются. И если я хочу всерьез заниматься чайным делом, то с покупками, пусть и небольшими, мне спешить не стоит. Надо больше ходить, больше узнавать, смотреть на качество и на цену. Поэтому покупать мне ничего не стоит, а надо пойти в город и посетить разные места, куда свозится чай от разных фермеров. Не сказать, что я был удивлен - я был очень удивлен. «Но там же магазины, а вы производитель», - резонно заметил я. Но Ли Чэн Хэн был непреклонен. Некоторая эксцентричность ему была также свойственна. И, как всегда, чтобы слова не расходились с делом, а у него они с делом никогда не расходились, он вызвался довезти меня до города, откуда потом можно было доехать до вокзала. Мы сели на старенький Suzuki и поехали по дороге вниз.


«Здесь несколько чайных, - сказал Ли, - мы можем посетить две из них. В одной работает мой родственник, я сам поставляю ему чаи, это тот же чай, что ты пил у меня, в другой просто мой знакомый. Покупать ничего не надо, только, если понравится». Мы зашли в первую чайную, где работал знакомый Ли. Хозяева очень заинтересовались, как это Ли пришел с каким-то иностранцем. Ли сказал, что я занимаюсь чаем. Нам предложили чай, который пили сами хозяева магазина. Люань Гуапянь. «Ну как вам?» – спросили хозяева. «Неплохо», – сказал я и был далек от истины, как никогда в своей жизни. Чай был совсем не тот. Поломанные тонкие листья, в нем была горечь, которой этот чай совершенно лишен, не было ни мягкости, ни глубины. Я сказал об этом Ли, как только хозяева отвлеклись от нас, чтобы заняться обслуживанием зашедшего клиента. Ли со смехом, но тихонько, чтобы не заметили хозяева, согласился. Мы почти тут же сослались на дела, попрощались и ушли. Все-таки я прав, эксцентричность свойственна Ли.


Мы отправились в чайную родственников Ли. Мы проходили по мосту через канал, а на дальнем конце канала была дамба. «Это ещё советские инженеры построили много лет назад», - сказал Ли, указывая на дамбу. Меня это впечатлило. До этого в Китае я видел наши постройки только в Харбине. Там это были дома. Здесь же это целая дамба, препятствующая затоплению этой местности.




Во второй чайной чай был гораздо интересней. Мы сидели, общаясь с хозяевами, а Ли время от времени замечал, что этот чай сюда поставляет он сам, и это тот же чай, что я пил у него дома. НО... Чай был похож и внешне и по вкусу, заварен так же и той же водой, но он был не тот... Не нужно быть чайным мастером, чтобы сказать, что чай у Ли был просто и одним словом Лучше. Я поинтересовался, точно ли это тот чай. «Да, - сказал Ли, - точно тот, что мы пили у меня». «Действительно, - согласился я из вежливости перед хозяином магазина, который сидел напротив, - чай один в один». Ли как всегда со свойственной ему энергичностью посмотрел на часы и сказал, что ему пора идти, да и мне тоже, чтобы успеть на поезд. Поэтому мы просто обменялись контактами с хозяевами магазина и пошли. Нас предложили довезти до остановки, откуда ходил автобус на вокзал, и рядом с которой Ли припарковал свой транспорт. Автобус стоял на остановке, и Ли влетел туда, чтобы точно убедиться у водителя, что я доеду до вокзала. Потом также бодро попрощался со мной и собирался уже идти, когда я сказал ему: «А чай то был не такой, что у вас дома». Ли ничего не ответил, только посмеялся и пригласил заезжать в гости, когда снова буду в их местах. Так мы и попрощались.


Интернетом сам Ли не пользуется, но телефон у него есть. Поэтому через пару дней я позвонил ему с просьбой отправить мне именно тот Люань Гуапянь, который мы пили у него в самый первый раз. С отправкой чая проблем не было. Транспортные службы в Китае работают почти повсюду, и пользоваться ими умеют все без исключения. Деньги я перевел его дочери, и через три дня коробка с чаем была у меня. Я заварил его в тот же вечер. Чай был тот самый. Лучший Люань Гуапянь из всех, что я пил. К Ли я поеду снова следующей весной, чтобы увидеть производство своими глазами, посетить дальние плантации у озера, снять видео, и походить по чайным. )


В завершение давайте поговорим о названии Люань Гуапянь. Меня очень интересует этот вопрос. Гуапянь (瓜片) у нас, да и на западе, принято переводить как «семечки тыквы (или дыни)». Все видели семечки тыквы. Нужно ли что-то говорить? На чай они ничуть не похожи. На самом деле, тыква и дыня тут не причем. Люди, занимающиеся этим чаем, говорят, что первоначально он был назван Гуа Цзы Пянь, или «семена подсолнечника», в честь популярной в чайных домах закуски. На протяжении многих лет название было сокращено до Гуа Пянь, в результате чего многие стали полагать, что название означает «семечки тыквы». Люань (六安), в свою очередь, – это название места в провинции Аньхой, рядом с которым этот чай выращивается. В сумме получается «семечки подсолнуха из Люань». Думаю, теперь, когда мы понимаем истинный смысл слов, музыки в этом названии станет еще больше.

© MadeInChinaTea.ru - интернет-магазин китайского чая    

Разработка сайта - sklazer: веб-решения
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image